###Шандор Варга: "Милевский и Алиев должны Бога благодарить за то, что послал им Юрия Семина" ###
Агент многих футбольных суперзвезд подыскивает выгодные предложения для Олега Блохина, а Сергей Ребров при посредничестве Варги ушел из казанского «Рубина» и заключил контракт с киевским «Арсеналом».
В футбольном мире хорошо известно высказывание знаменитого английского тренера Бобби Робсона: «Агенты — это паразиты футбола». Никто такую характеристику не оспаривает, включая одного из лучших агентов Шандора Варгу. На чемпионате мира в Германии в 2006 году основу сборной Украины составили именно его клиенты — Шовковский, Ребров, Ротань, Гусев, Русол, Езерский, Гусин, Назаренко. Сейчас под его опекой 15 человек, среди них тренеры — Олег Блохин и Олег Лужный.
На счету Шандора Варги немало успешных операций по переходу игрока из одного клуба в другой. Он отправил Сергея Реброва в английский «Тоттенхэм», а Олега Лужного устроил в лондонский «Арсенал», работал с легендарными Христо Стоичковым и Дино Дзоффом, с Юрием Калитвинцевым (переход в турецкий «Трабзонспор»), с Андреем Канчельскисом (переход в «Манчестер Юнайтед»), с Сергеем Алейниковым (трансфер минское «Динамо» — итальянский «Ювентус»).
Родился Шандор Варга в Закарпатье. Окончил Московский институт физкультуры. Работал в Управлении футбола СССР, входил в состав знаменитой комплексно-научной группы. Помогал Валерию Лобановскому, Анатолию Бышовцу, Борису Игнатьеву, Эдуарду Малофееву. Был помощником главного тренера сборной Венгрии, вторым тренером клуба «Аль-Иттихад» в Саудовской Аравии.
А в 96-м окончательно определился в своем призвании: стал агентом ФИФА, причем лицензию ему вручал лично президент Йозеф Блаттер. Кредо одного из успешных агентов мира: «Очень хорошо быть важным, но гораздо важнее быть хорошим».
«Это ненормально, когда хирург получает в тысячу раз меньше, чем футболист»
— Шандор, мы должны были пообщаться еще полтора года назад. Помнишь, в день встречи я позвонил тебе, а ты говоришь: «У меня для тебя плохая новость — я в аэропорту. Неожиданно вызвали в Бразилию. Такова жизнь агента 001: нельзя ничего планировать больше чем на два дня. Даже день рождения ребенка не могу отметить». — «Класс! — воскликнул я. — Какая жизнь!». А ты: «Это раньше был класс, а сейчас это ужас!». Что, действительно «ужас»?
— Да, да! Ездить на длинные дистанции надоело. Единственное место, куда я приезжаю с удовольствием, — это Вышково в Закарпатье, где живут мои мама и сестра. А поездки туда, где совершаются большие футбольные события (побывать на которых мечтают болельщики, например, финал Лиги чемпионов или матч испанских грандов «Барселона» — «Реал»), уже не радуют. У меня таких матчей было много. Хочется больше времени проводить с семьей, хотя сейчас это очень трудно.
— Почему?
— Моя семья разбросана. Старшая дочь Виктория, окончив с отличием один из лучших университетов мира в Кембридже, работает в большом престижном банке в Лондоне. Младшая, Каролина, тоже учится в прославленном британском вузе — университете Уорика. Жена сейчас находится в Москве. Ее главное занятие — собрать нас вместе, в кучу, а это непросто. Допустим, я звоню Вике: «Лечу в Лондон. Мы увидимся?». — «Не увидимся, папа. Потому что нет времени на тебя» (смеется).
Сейчас в мире финансовый кризис. Но у банка, где работает дочь, дела идут хорошо. Вике приходится работать и по воскресеньям. В Лондоне, к примеру, 12 часов ночи, а в Токио в восемь утра открываются биржи — надо реагировать.
— Как мировой кризис отражается на футболе?
— Футбол выше всех кризисов и всяких проблем. Он имеет большую объединяющую силу. Появление сборной Украины на чемпионате мира — симпатичные ребята, симпатичная игра, национальный флаг на трибунах! — принесло стране больше имиджа и позитива, чем работа всех политиков за годы ее независимости.
К футболу приклеиваются люди, которым нужна только выгода, и кризис очистит его от разного мусора. Ведь это же сумасшедший бизнес! Ты ж видишь, какие деньги крутятся в футболе.
Те, кто любят футбол, все равно будут ходить на него. 6 декабря 75-го года я впервые в своей жизни попал на переполненный Республиканский стадион в Киеве (102 тысячи болельщиков присутствовало!), когда в матче за Суперкубок играли «Динамо» и «Бавария» (Мюнхен). Попал чудом: видно, уже тогда проявились мои какие-то менеджерские качества.
Впервые увидел Олега Блохина, который забил два гола. И видишь, в конце концов, он стал моим клиентом. Олег потом удивлялся: «Как же ты билет достал? Я уже не мог» (смеется). Какие тогда у игроков «Динамо» были зарплаты? Если сравнить с нынешними, то в 100 раз меньше. А в футбол все равно играли!
— Ведутся разговоры о том, что футболистам надо зарплаты уменьшить: слишком уж зашкаливают...
— Если придется, то, конечно, уменьшат. Это же ненормально, что хирург, который каждый день спасает жизнь людям, получает в 200, в тысячу раз меньше, чем футболист, который бьет по мячу.
Понятно, это шоу-бизнес, и не футболисты создали такую ситуацию. Знаю: многие игроки открывают фонды, занимаются благотворительностью, помогают другим. Потому что вроде бы должно быть стыдно за то, что тебе — хочешь не хочешь — платят такую зарплату, когда люди вокруг бедствуют. Тебе же в «Реале» или в «Динамо» не дадут 200 долларов, правильно?
— Если урежут зарплату игрокам, то и у агентов она снизится...
— Ну и что? Я этого не боюсь. От голода не умрем. Двумя ложками все равно не будешь кушать. У меня бывали ситуации, когда я понимал: мог бы получить больше. Но мог бы иметь и меньше. У моей мамы пенсия — 20 долларов. Слава Богу, что я могу ей помогать.
— Можешь сказать, какой самый большой гонорар получил?
— Это было, когда я устраивал переход Сергея Реброва из киевского «Динамо» в «Тоттенхэм». Процесс был очень сложный. «Динамо» хотело получить за него 12 миллионов фунтов (почти 20 миллионов долларов), а владелец английского клуба Алан Шугар настаивал на 10 миллионах. Переговоры срывались. И тут мне на глаза попалась Сережина фотография: изображение со спины с номером 11. «Вот, — говорю, — сумма сделки. Это знак!». Шугар, как ни странно, сразу согласился: «Ладно, пусть будет 11».
Сумма меняется, и проценты тоже. Например, за восемь дней выступления моего клиента Христо Стоичкова за саудовский клуб «Аль-Насар» (в 98-м году на Кубке кубков Азии) он получил 300 тысяч долларов и «роллс-ройс». А как-то я устраивал одного венгерского вратаря в Голландии. Его клуб хотел получить за него смешную сумму — 300 тысяч долларов. А голландский клуб готов был дать три миллиона. Так что я заработал 70 процентов вместо 10-ти. Ну, конечно, пришлось поделиться с теми, кто мне помогал.
«Андрей Шевченко не был готов к выступлению на чемпионате мира, но у него есть шанс выйти на прежний высокий уровень»
— Андрей Шевченко хотел, чтобы ты был его агентом, но ты отказался. Много потерял на этом?
— Не было так, как ты говоришь: он предложил, а я отказался. Был всего лишь предварительный разговор. Я в то время жил на юге Франции, а он играл в «Милане», и я к нему часто ездил. У него тогда был небольшой кризис в команде: там танцевали вокруг бразильца Кака, и его начали несправедливо зажимать. Я пару раз с ним беседовал, пытался помочь.
Андрей это достойно оценил. Я стал ближе к нему. Он меня приглашал на свой день рождения. Когда Шевченко приехал в Лондон, мы с дочкой гостили у него, познакомились с его семьей, с мамой и сестрой. Он ко мне обращался во многих ситуациях, когда ему надо было принять какое-то решение. Так что я не думаю, что не став его агентом, что-то потерял. Чисто по-человечески — только приобрел.
— Когда Шевченко собирался перейти в «Челси», он советовался с тобой?
— Да. Я сказал ему, что это будет правильный шаг: «Если ты хочешь поиграть в лучшем чемпионате мира, то это, конечно, премьер-лига Англии». Я знал, что в «Челси», еще до прихода Абрамовича, шла определенная подготовка к тому, чтобы из средних команд выбиться в большие.
— И что с ним теперь творится?
— Считаю, что после той травмы, которую он получил в «Милане» перед чемпионатом мира, он так и не смог обрести отличную форму, которая у него была раньше. На мой взгляд, Андрей не был готов к выступлению на чемпионате мира, но отказаться от игры за сборную было тяжело и невозможно. Однако я убежден, что у него еще есть шанс выйти на прежний высокий уровень.
— На каких условиях ты работаешь с футболистами?
— Ни с кем не подписываю никаких бумаг — мне так больше нравится. Если я приду, допустим, к Алексу Фергюсону и скажу, что представляю интересы какого-то игрока, он не попросит у меня контракт или лицензию, потому что хорошо меня знает, и мы можем спокойно работать. Отношения должны быть очень доверительными. Игрок сам должен решить, нужен я ему или нет. Когда нет бумаг, проще отказаться от моих услуг, просто позвонить и сказать: «Шандор, извини, мне подходит другой человек».
Обычно агенты работают на 10-процентных условиях, но я из этого никогда не делаю проблемы. Если игроку понятно, что я действительно полезен в его жизни, он будет мне платить. И совесть не позволит думать: «Ну и хрен этому дураку, не получит он ничего!».
— Клиенты тебя никогда не подводили? Никто не уклонялся от вознаграждения за услуги?
— Слава Богу, ребята у меня хорошие. Я очень доволен ими и, как поется в песне, «надеюсь, что это взаимно». Когда тебя поздравляют мамы, жены игроков, просят, чтобы ты стал крестником их ребенка, чувствуешь, что твои дела идут нормально. А это для меня превыше всего. Контрактом ведь не купишь человеческих отношений, правильно?
Я своим игрокам говорю: когда приходит агент и заявляет, что ему от тебя ничего не надо, он, мол, получит свое, когда устроит тебя в клубе, — от этого агента надо сразу бежать. Потому что он работает не на тебя, а на клуб. Какой у тебя контракт, его не интересует. А меня это волнует, потому что чем лучше контракт, тем больше я получу. К сожалению, не все игроки это понимают. И тогда подтверждается поговорка: в семье было три мальчика — два умных, а третий — футболист (смеется).
— Есть среди футболистов интеллектуалы?
— Могу назвать Сергея Алейникова. Это мой первый игрок, которого я, еще не будучи агентом, устроил в «Ювентус». Он прекрасно играет в шахматы. Как-то мы с ним зашли в одну итальянскую редакцию. Там журналисты сидели за шахматной доской. Предложили нам сыграть. Я отказался, а Сергей с ходу поставил мат их чемпиону. После этого обыграл весь отдел.
Другой мой клиент Андрей Канчельскис, который, по признанию Фергюсона, был лучшим правым хавом в «Манчестер Юнайтед» (и это в компании Дэвида Бэкхема, Криштиану Роналду!), тоже был хорошим шахматистом. Когда он уже не особенно играл, я его устраивал в саудовский клуб «Аль-Хилал». Принц, владелец клуба, спрашивает: «Он может приехать на просмотр?». Я говорю: «Он игрок «Манчестера», какой просмотр?».
Но Андрей согласился, прилетел туда. Через пару дней спрашиваю принца: «Как проходит просмотр?». Тот говорит: «Я не знаю, как он в футбол играет, но он меня уже два раза обыграл в шахматы. А меня весь королевский двор не мог одолеть. Так что я его беру!».
— Это правда или анекдот, что в Саудовской Аравии только за забитый гол футболист может получить от шейха суперавтомобиль?
— Был такой уникальный случай. За один сезон футболист Исмаил Хакками получил от благодарных шейхов 12 или 13 машин, среди них — «бентли», «роллс-ройс»... Но тогда еще в Саудовской Аравии не было профессионального футбола и соответствующих зарплат.
«Гарантированной зарплаты быть не может, работа агента — это риск, и многие банкротятся»
— Золотой пример из твоей практики, когда ты организовывал трансфер Олега Лужного из киевского «Динамо» в лондонский «Арсенал». Сильно рисковал?
— Олегу шел 32-й год. В то время пожилых игроков в футболе почти не было, и надо было как-то Лужного устроить. «Динамо» напрягало разных агентов, многие за это брались, но ничего не получалось. Я занимался его трудоустройством полгода. Потратил на поездки, на проживание в гостиницах, на разговоры по телефону где-то 50 тысяч долларов. Хорошо, что контракт, в конце концов, был подписан...
— В этом случае немалые затраты оправдались. А было так, что все усилия заканчивались ничем и деньги улетали на ветер?
— Да. Конкретный пример — Сергей Нагорняк. Опять же я потратил на него примерно полгода, но дело не состоялось. Помочь ему я не смог.
— Материальные потери?
— Как минимум, 30 тысяч долларов.
— Не такая уж, оказывается, профессия агента халявная, как считают некоторые...
— Гарантированной зарплаты не может быть, понимаешь? Это риск, и очень многие агенты банкротятся, но число их все равно растет: сейчас агентов уже две тысячи!
— Чувствуешь ли ты свою вину, свою ответственность за то, что у Олега Блохина не получилось в России, где он тренировал «Москву»?
— Да, чувствую. Проморгал ситуацию, ведь сначала все шло просто супер! Может быть, я должен был чаще приезжать, общаться ближе с Олегом, с командой. Тем более что там поначалу среди футболистов были мои клиенты — Бронислав Крунич, Петя Быстров, Юра Жирков. А я как-то расслабился, потому что когда встретились Олег и президент клуба Юрий Белоус, между ними возникла большая симпатия. Потом оказалось, что между ними наступил определенный разлад. В конце концов, ушло много игроков, покинул клуб президент, сменились владельцы, и с Олегом контракт решили прекратить.
— Многие предрекали, что Олег Блохин будет не только продолжать тренировать сборную Украины (это вообще казалось очевидным), но и возглавит киевское «Динамо»...
— В принципе, было бы логичным, если бы такой легендарный футболист стал в один прекрасный день тренировать родную команду. Логичным было бы и то, что самый успешный тренер сборной Украины остался бы на этом посту.
У меня очень близкие отношения с Григорием Суркисом и с Игорем Суркисом. Я ощущал готовность со стороны Григория Михайловича продлить контракт Олега со сборной, а со стороны Игоря Михайловича — пригласить его в «Динамо», но это все было как-то неопределенно. А когда возник альянс с «Москвой» и поступили конкретные предложения, Олег быстро принял решение. Так что я не мог влиять на события.
— Шандор, ты веришь, что Блохин когда-нибудь вернется в сборную или возглавит киевское «Динамо»?
— Как выражаются англичане: «Никогда не говори «никогда». В футболе все может измениться в один день. Мой друг Валерий Газзаев ушел из ЦСКА, а потом резко вернулся.
— Причем в киевское «Динамо»... А какая сейчас ситуация у Блохина?
— Я недавно с ним разговаривал. У него маленькие дети, он может наконец побыть в кругу семьи. Никакой особой паники нет. Олег хочет получить достойное, приличное предложение. Мы общаемся с двумя-тремя командами и с некоторыми сборными, ведем предварительные переговоры, но пока ничего конкретного. Это связано с тем, что многие сборные участвуют в отборочном цикле чемпионата мира, все ждут, чем все кончится.
«Когда я работал в Саудовской Аравии, игроки говорили мне: «Не примешь ислам — не попадешь в рай»
— Беспокоит судьба еще одного твоего клиента — Александра Шовковского. Как можно вратарю такого уровня не играть столь длительное время?
— Тут довольно-таки непростая ситуация, двоякая. С одной стороны, он провел в «Динамо» 15 лет, к нему с уважением относилось руководство клуба. У Саши есть понимание того, что Богуш действительно проявил себя хорошо и нет причин его менять, а с другой стороны, тоже хочется играть, быть востребованным. Саша всегда был номером один и не привык быть вторым. Естественно, он переживает.
— Чем был хорош Юрий Семин? Удивительно, что он за такой короткий срок сумел сколотить и сплотить команду...
— Семин хорош, во-